Исполнительный директор ФПП Матвей Гончаров прокомментировал президентский законопроект о борьбе с оргпреступностью



alttext

Матвей Гончаров, исполнительный директор Фонда поддержки пострадавших от преступлений

Президентский законопроект, внесённый 14 февраля, по замыслу авторов документа, должен помочь в борьбе с так называемыми «лидерами преступного мира», «криминальными авторитетами» и «ворами в законе».

В частности, законодатель предлагает ввести статью 210 прим. 1 УК РФ — «Занятие высшего положения в преступной иерархии», которая предусматривает от восьми до пятнадцати лет лишения свободы плюс штраф до пяти миллионов рублей. Отдельно законотворцы собираются выделить понятие «участие в собрании». Речь идет о сходках криминальных авторитетов, а так же о любых иных закрытых конференциях. Помимо прочего законодатель ужесточает действующее наказание. Законопроект увеличивает действующие размеры штрафов, сроки ограничения и лишения свободы по статье 210 УК РФ.

В пояснительной записке к законопроекту, который уже прошёл первое чтение в Государственной Думе РФ, в частности, говорится, «… лицу, совершившему преступление, предусмотренное частью четвертой статьи 210 и (или) статьей 2101 Уголовного кодекса Российской Федерации, не может быть назначено наказание ниже низшего предела или назначен более мягкий вид наказания, чем это предусмотрено данными статьями. Исключается также возможность применения условного осуждения».

Исполнительный директор Фонда поддержки пострадавших от преступлений (ФПП) Матвей Гончаров прокомментировал законопроект.

Матвей Гончаров

Совершенно очевидно, что организованная преступность является ключевым и самым опасным звеном всего преступного мира. Поэтому любые инициативы, направленные на борьбу с данным злом, могут только приветствоваться. Тем более, если обратиться к официальной статистике, то количество тяжких и особо тяжких преступлений в 2018 году, совершенных организованными группами или преступными сообществами, выросло по сравнению с 2017 годом на 17,6 % и составило 15 141 преступление. А их удельный вес, согласно тем же официальным статистическим данным, в общем числе расследованных преступлений названных категорий, увеличился с 5,8 % до 7,1 %.

Однако, на мой взгляд, что подтверждает сама пояснительная записка и комментарии, которые сопровождали внесение и принятие законопроекта в первом чтении, причиной его внесения являются те сложности и трудности, с которыми сталкиваются наши следственные органы при сборе доказательной базы и, соответственно, привлечении по 210 статье тех или иных авторитетов преступного мира к уголовной ответственности. Поэтому такие лица зачастую уходят от ответственности, покрываются другими участниками сообщества или иными подставными лицами.

Могу ошибаться, но, насколько мне известно, с момента внесения изменений в статью 210 УК РФ в 2009 году, согласно которым, лицу, занимающему высшее положение в преступной иерархии, грозит значительно более суровое наказание, чем иным преступным лидерам или организаторам – вплоть до пожизненного лишения свободы, не применялась и, если случаи осуждения по ней и были, то это только единицы.

Сказать насколько будет применима новая статья, предусматривающая уголовную ответственность за «Занятие высшего положения в преступной иерархии», пока сложно. Как будет работать следствие, будет ли эффективно собирать доказательственную базу по новой статье тоже сложно. Также не совсем понятно, как будет соотноситься новая статья, предусматривающая формальный состав за «Занятие высшего положения в преступной иерархии», с новым примечанием статьи 210, предусматривающим освобождение от уголовной ответственности лицу, поспособствовавшему или раскрывшему.

Напомню, что Верховный Суд РФ в своем постановлении Пленума от 10.06.2010 N 12 «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участии в нем (ней)» четких разъяснений понятия «высшее положение в преступной иерархии» также не дал.

ФПП