Почему общество равнодушно к растущему числу преступлений в отношении пожилых людей



Сопротивление - Правозащитное движение



Суд в Липецкой области приговорил к 10 годам колонии нерадивую мать за убийство 92-летней односельчанки. Пьяная женщина задушила бывшую блокадницу из-за 59 тыс. рублей, которые жертва отказалась одолжить соседке. Истории, когда люди почтенного возраста становятся жертвами корыстных преступлений, сегодня особенно актуальны — статистика говорит о росте числа посягательств на стариков за последние годы. Но закон и ответственные за его исполнение структуры игнорируют пугающую тенденцию. В природе криминала вокруг старичков разбирался портал iz.ru.

Как дети, только без родителей

Старики — самая беззащитная категория жертв из всех возможных, по оценкам криминологов. Даже дети имеют ряд преимуществ перед пожилыми людьми с точки зрения виктимологии (наука о жертве преступления): на страже безопасности малышни стоят госструктуры, общественные институты, родители. Закон карает за посягательство на несовершеннолетнего гораздо строже.

К беде пожилого человека хотя и относятся с сочувствием, но реальных механизмов дополнительной защиты объективно слабых людей нет. Нередко старик остается наедине со своими проблемами, особенно если под конец жизни лишен надлежащей опеки со стороны близких, как это часто бывает. Правоохранительная система не видит разницы между потерпевшим стариком и любым другим потерпевшим.

— На практике это выражено в распределении сил, брошенных на раскрытие преступления — если пострадавший, к примеру, ребенок, дело автоматически попадает на контроль вышестоящих чиновников. Напомню, что сегодня уголовные дела, где пострадал несовершеннолетний, расследуют подразделения СКР. Что же касается пенсионеров, то их дела раскрываются, скажу грубо, по остаточному принципу. Исключения — те редкие случаи, когда потерпевший — участник Великой Отечественной или история вызвала общественный резонанс. Передовые силы занимаются только тяжкими составами — убийствами, квартирными кражами, разбоями. Свежий пример: в Подмосковье сыщики вышли на след шайки воров на доверии, проникающих в квартиры стариков под видом газовых мастеров. Прикидываются, что плитки меняют, заходят в жилье старика — один на кухне старушку отвлекает, а сообщники по комнатам шарят. Для поимки необходимы технические мероприятия, которые обеспечивают спецподразделения МВД. Но ведомственные технари не спешат помогать в раскрытии, так как приоритеты отдаются только тяжким и особо тяжким составам, — рассказал порталу iz.ru источник в правоохранительных органах.

Потенциально высокая виктимность

В своей научной статье «К вопросу о виктимизации людей преклонного возраста» авторитетный ученый, начальник кафедры уголовного права Краснодарского университета МВД России Кирилл Вишневецкий выделяет несколько объективных факторов, способствующих совершению преступлений в отношении пожилых людей (он исследует людей старше 60 лет).

В первую очередь это социальная изоляция.

— Разведенные, живущие отдельно овдовевшие или одинокие старые люди считаются особенно склонными становиться жертвами преступлений. Но нередко фактором виктимизации становится и проживание стариков с младшим поколением. Необходимость заботиться о них, угроза собственной безопасности ввиду возможного старческого слабоумия, а также претензии на материальные средства представителей старшего поколения в семье могут вызывать постоянное раздражение, которое порою разряжается в криминальные действия, — отмечает автор исследования.

С точки зрения преступника, выбор старика в качестве жертвы оправдан логикой — шансов на успех при атаке несравнимо больше по сравнению с нападением на зрелого мужчину или женщину. Ряд психологов сравнивает криминальное поведение с поведением хищника, выбирающего ослабевшую, отставшую от стаи особь. С той лишь разницей, что добычей нападающего становятся финансовые ресурсы, принадлежащие пожилому человеку, а не пища.

Человеческое общество из поколения в поколение устанавливало табу на совершение подобных преступлений, так как от стариков молодежь черпала знания, необходимые для выживания. Неслучайно в замкнутых общинах (села, аулы), где каждый знает друг друга, а старики в почете, такие преступления редкость. Поэтому 80% подобных преступлений случаются в городах.

Вишневецкий выделяет некоторые особенности поведения пожилых людей, облегчающие преступникам задачу.

— Они [пожилые люди] должны использовать в основном общественный транспорт, в определенное время получают деньги в банке или на почте и в определенное время идут за покупками. Это подвергает их особой опасности стать жертвой воровства, взлома и ограбления, — пишет ученый.

Автор также указывает, что помимо материального ущерба рядовое хищение несет в себе факультативную угрозу для пожилого человека.

— Потеря сбережений, собранных за всю жизнь, может привести к глубокой депрессии, чреватой риском серьезного психического заболевания (…) Несмотря на то, что старики реже, чем представители молодежных возрастных групп, становятся жертвами, виктимизация для них бывает тяжелее по своим последствиям. Виктимологи указывают на растущий страх перед преступлением. Он может стать самостоятельной фобией, хотя часто бывает необоснован, в определенном объеме иррационален и основывается на искаженных представлениях о преступности в средствах массовой информации, — пишет доктор юридических наук.

Исследователь, отталкиваясь от данных статистики, считает, что самой опасной средой для пенсионеров является не улица, а… семья. Главный фактор, от которого зависит безопасность стариков — стабильность в ячейке общества, как социального института.

Безжалостное логичное преступление

Если отбросить злодеяния в отношении стариков, совершенные психопатами, алкоголиками и другими лицами, находящимися в состоянии измененного сознания, то львиную долю их составляют хищения. Кражи, грабежи и мошенничества совершают расчетливые люди. Они знают слабые места старшего поколения и наносят изощренные удары в эти точки таким образом, чтобы максимально дистанцироваться от уголовной ответственности.

— Статистику о ситуации с преступностью в отношении пожилых людей в открытых источниках найти не так просто. Чаще всего эти цифры всплывают лишь во время выступлений парламентариев или в заявлениях чиновников, — рассказал порталу iz.ru исполнительный директор Фонда поддержки пострадавших от преступлений Матвей Гончаров.

В частности, в прошлом году депутат Госдумы Дмитрий Савельев, выступивший с инициативой ужесточить уголовную ответственность за преступления против людей старше 70 лет, привел в пример данные за 2014-й, 2015-й и 2016 годы. Если верить этим цифрам, ситуация печальная. В отношении достигших пенсионного возраста граждан в 2014 году было совершено 121 724 преступления, большая часть из них — хищения. Чуть больше 45 тыс. — это кражи, 19,5 тыс. — мошенничества, около 5 тыс. — грабежи и разбои. В 2015 году этот показатель вырос на 25%, а в 2016-м прибавил еще 6,5%. То есть только по официальным данным без учета латентных преступлений (о которых полиции неизвестно) объем атак на пенсионеров увеличился на треть.

Цифры, которыми оперирует профессор Казанского федерального Университета Павел Кабанов в своей статье «Пожилые жертвы российской преступности: анализ виктимологической статистики за 2014 год», еще более пугающие.

«По данным официальной ведомственной виктимологической статистики, в 2014 году было зарегистрировано и учтено 224 736 жертв преступлений пожилого возраста (мужчины свыше 60-ти, женщины свыше 55 лет — прим. iz.ru), или 0,7% от общего количества всех лиц пожилого возраста, проживавших в России в 2014 году, — говорится в научной публикации. — Это 14,4% от всех пострадавших от преступлений на тот период. 45,6% (почти половина) всех преступлений средней тяжести в стране в 2014 году были совершены в отношении стариков. Напомним, что к этой категории преступлений отнесены самые распространенные виды краж, грабеж без отягчающих обстоятельств и мошенничества.

Больше других представителей уголовного мира прогрессировали аферисты, это тенденция в целом по стране. По данным, полученным Фондом поддержки пострадавших от преступлений из МВД, каждое десятое преступление в России приходится на мошенничество (ст. 159 УК РФ).

— Мошенники, пользуясь склонностью людей старшего и преклонного возраста доверять гражданам, которые представляются работниками полиции, органов соцзащиты, системы здравоохранения либо добросовестными риелторами, проникают в жилище для совершения преступления либо входят в доверие с целью обманным путем приобрести или выгодно для себя осуществить сделки с жильем или иным имуществом потерпевшего, — рассказал порталу iz.ru Гончаров.

Собеседник уточнил, что в больших городах подобные преступления совершаются гораздо чаще.

Излюбленные инструменты жуликов при хищениях — навязывание по телефону услуг различных магических салонов; продажа фильтров воды (при себестоимости такого фильтра 5–10 тыс руб. эти фильтры реализуются за 150–200 тыс. руб., чаще всего с одновременным оформлением кредита); оказание медицинских услуг, продажа БАДов по ценам, превышающим их реальную стоимость в десятки, а то и в сотни раз; электронные махинации с вкладами и сбережениями пенсионеров; мошенничество в отношении их пенсионных накоплений и собственности.

Пожилые люди, как правило, склонны к накопительству, откладывают средства на черный день. Эта денежная масса стала целью для целого сегмента проходимцев, которые формально не всегда подпадают под категорию преступников, но заслуживают самого пристального внимания правоохранительных органов.

— Несмотря на значительное количество возбужденных, например, за 2015 год уголовных дел в отношении организаторов финансовых пирамид и их сообщников, регионы страны захлестнула волна мошенничеств со стороны различных юридических лиц, организованных по аналогичному принципу. При этом даже обнаружение преступников и привлечение их к уголовной ответственности не гарантирует возмещение вреда, причиненного потерпевшему, — рассказывает Гончаров.

Речь о хорошо организованных проектах, сопровождающихся рекламными кампаниями в СМИ. Организации принимают займы от граждан, не являющихся их членами, и обещают, в свою очередь, гарантированный доход инвесторам от 36% в год.

— Кроме того, заслуживает внимания и тот факт, что значительное количество организаций предлагают специальные «выгодные» условия инвестирования денежных средств именно пенсионерам, — рассказывает директор организации.

Матвей Гончаров отмечает, что Фонд сталкивался с нередкими случаями формального подхода полиции к заявлениям от пострадавших от подобных «инвестиционных компаний».

— Органы дознания на окружном и районном уровне крайне редко обращаются в рамках проверки в Главное управление противодействия недобросовестным практикам поведения на открытом рынке Центрального Банка Российской Федерации. Напомню, что в задачи данного подразделения, среди прочего, входит выявление деятельности организаций, имеющих признаки финансовых пирамид. Управление анализирует поступающую в Банк России информацию (в том числе содержащуюся в обращениях граждан), взаимодействует с правоохранительными органами, оказывает им консультационную помощь, а также обобщает правоприменительную практику в данной сфере, — рассказывает Гончаров.

Чаще всего обращение в полицию пенсионера, потерявшего свои сбережения в финансовой пирамиде, заканчиваются отказом в возбуждении уголовного дела и рекомендацией обращаться с гражданским иском в суд.

— В поисках справедливости люди вынуждены обращаться за юридической помощью к частным компаниям, которые позиционируют себя как юридические. Они за деньги клятвенно обещают истребовать через суды потерянные средства. На деле же эти псевдоюристы попросту наживаются на беде пожилых людей повторно, — считает Гончаров.

Законопроекты, предусматривающие ужесточение наказание за преступления в отношении пожилых людей (предполагалось расширить статью 63 УК РФ об отягчающих обстоятельствах), неоднократно вносились в Госдуму, но по сей день не были приняты.

Иван Петров, Известия