Граница самообороны



alttext



1 июля 2012 года в отделение полиции пришла Татьяна Кудрявцева и написала явку с повинной, признавшись в убийстве неизвестного мужчины. По показаниям женщины, инцидент произошел рядом с железнодорожной платформой «Радищево» Солнечногорского района Московской области. В ходе следствия стало известно, что на Кудрявцеву напал гражданин Узбекистана, попытался затащить ее в лес и изнасиловать. Защищаясь, Татьяна Кудрявцева ударила насильника ножом в грудь. От полученного ранения мужчина скончался на месте происшествия. Женщина получила обвинение в превышении самообороны. В студии «Радио России» ведущая программы «Право на защиту» Ильмира Маликова  и адвокат Адвокатской палаты г. Москвы Алексей Паршин постарались выяснить, когда самооборона становится преступлением.

Ильмира Маликова: Алексей, здравствуйте! Вы ведете дело Татьяны Кудрявцевой. Уточните обстоятельства происшествия.

Алексей Паршин: Да, здравствуйте! Инцидент произошел, когда Кудрявцева возвращалась из леса после сбора грибов. Первоначально Татьяна была обвинена в убийстве. Данное обвинение привело адвокатов в недоумение, поскольку обстоятельства дела очень хорошо показывают, что со стороны Кудрявцевой была оказана необходимая самооборона: достаточно безлюдное место, дневное время суток. Гражданин Узбекистана угрожал жизни и здоровью женщины. Можно представить соотношение сил: Татьяна очень хрупкая, а насильник был достаточно сильным мужчиной, 1983-го года рождения. Он совершенно не скрывал своих намерений, сразу же начал говорить непристойности и хватать Татьяну за одежду. Силы были слишком неравные, в какой-то момент Татьяна Кудрявцева улучила возможность схватить нож, который висел у нее на поясе. Этим ножом женщина ткнула обидчика.  Мужчина не сразу почувствовал ранение, а когда он упал, Татьяна поспешила вызвать скорую помощь. Она боялась, что их не заметят, бегала на дорогу, чтобы встретить машину скорой помощи. Татьяна позвонила маме, другу, который собирал с ней грибы, в итоге, на место происшествия было вызвано достаточно много народу.  Приехали сотрудники полиции.  К сожалению, работники скорой помощи констатировали смерть. И, несмотря на прозрачность ситуации, Татьяну обвинили в убийстве. Однако через неделю, когда дело получило огласку, обвинение переквалифицировали в «превышение необходимых мер обороны». В настоящий момент проводится ряд экспертиз, со своей стороны мы подали ряд ходатайств и жалоб.

Ильмира Маликова: А что может грозить Татьяне Кудрявцевой?

Алексей Паршин: По статье, по которой сейчас проходит ее дело, до двух лет лишения свободы. Как правило, в подобных ситуациях дают условный срок. Но я забыл упомянуть, что в первый же день ее повели в суд, пытались арестовать. По первичной статье ей грозило до 6 лет колонии. Хорошо, что попался здравомыслящий судья, который, изучив обстоятельства дела, отменил задержание Татьяны и оставил просто подписку о невыезде.

Ильмира Маликова: А кто в этой истории потерпевший, кто преступник?

Алексей Паршин: На мой взгляд, конечно, потерпевшая Татьяна, но, к сожалению в подобных делах правоохранительные органы встают на сторону преступника. Они делают его или его родных потерпевшими. В этом и существует перекос, который существовать не должен. Государство должно вставать на сторону человека, который оборонялся. Гражданин же делает благое дело для государства, так как, оказывая сопротивление, предотвращает преступление. За это должна отсутствовать ответственность. У нас же есть статья, которая говорит, что, если человек предотвратил преступление, с него снимается ответственность, даже несмотря на серьезный ущерб или убийство, безусловно, если не превышены пределы самообороны. В случае Татьяны ничего превышено не было, так как имело место быть явная несоразмерность сил нападения и защиты. Применение ножа было абсолютно обосновано.

Ильмира Маликова: В наших процессуальных документах определение предела самообороны достаточно размыто. Что есть самооборона? Что позволено человеку? 

Алексей Паршин: У нас нет конкретного термина «самооборона», это обывательское название. Существует другой термин — «необходимая оборона». Это понятие включает в себя как оборону себя, так и оборону других лиц. То есть человек защищая третьих лиц, также оказывает необходимую оборону.

Ильмира Маликова: Мы понимаем, что человек при этом стоит на стороне закона. Но правоохранительные органы могут трактовать поступок по-своему.

Алексей Паршин: В этом-то я и вижу тот подход, который не изменился со времен СССР, когда правом на оборону монопольно обладало государство, всех защищала милиция, человек не мог защищаться самостоятельно. Сейчас мы живем в другом веке, у нас другое законодательство, но правоприменение остается на уровне прошлого века. У нас в полиции работают старые кадры, законодательство привыкли трактовать не в пользу граждан.  Но потихонечку сложившаяся ситуация исправляется. Говоря об убийстве, следует понимать, что убийство — это когда у человека есть выбор оставить в покое, остановиться или добить обидчика. У Татьяны была возможность расправится с насильником, но она нанесла одно ранение и не скрылась с места происшествия, значит, в этой ситуации была самооборона.