Не цепляются за жизнь: почему зацеперы продолжают калечиться и умирать



alttext

Зацеперы могут быть отправлены на общественные работы

На днях в детскую больницу имени Сперанского поступил сложный пациент: 11-летнего школьника с множественными переломами и ранами обнаружили в лесу под Наро-Фоминском неподалеку от железной дороги. Позже выяснилось, что мальчик пытался проехать на электричке, зацепившись за подножку последнего вагона, но сорвался. Тем временем в тоннеле петербургской подземки обнаружено тело 22-летнего парня. Как выяснили местные СМИ, молодой человек вел собственный блог, где публиковал видеоотчеты с экстремальных поездок на составах электропоездов. Рядом с погибшим зацепером нашли видеокамеру. О том, как бороться с опасными «покатушками», какое наказание грозит за зацепинг, читайте в материале «Известий».

Чудом выжил

Закрытая черепно-мозговая травма, ушиб шейного позвонка и грудной клетки, перелом обеих лодыжек — это лишь часть травм, которые получил юный экстремал из Наро-Фоминска. Его искали почти двое суток — как отметили медики, еще час поисков и замерзающего израненного ребенка было бы уже не спасти.

«Мальчик хотел прокатиться на электричке, зацепился за подножку последнего вагона, но в пути сорвался. Видимо, от полученных травм потерял сознание. Его нашли только через полтора дня после случившегося», — отметила уполномоченный по правам ребенка в Московской области Ксения Мишонова.

Сейчас состояние ребенка стабилизировалось. По словам мамы Екатерины, она и знать не знала о таком увлечении сына. «Он не занимался зацепингом, первый раз так. Они TikTok смотрели, может, там что-то увидели и решили попробовать», — гадает женщина. Впрочем, друзья мальчика рассказали полицейским, что опасную затею они практикуют не в первый раз.

«Всегда катались, и всё было хорошо, — признался один из друзей. — Он достал телефон и начал фотографироваться. В этот момент он сорвался, так как держался всего одной рукой».

Попробуй докажи

О зацепинге, то есть экстремальных поездках на крышах, поручнях, подножках поездов, заговорили 8–10 лет назад, и с годами это увлечение безопаснее не стало. Так после недавней поездки на крыше «Сапсана» 18-летняя девушка лишилась ноги. А 27 августа стало известно о гибели на станции МЦК «Нижегородская» 13-летнего зацепера — подростка убило током.

По словам ведущего юриста Европейской юридической службы Юрия Тулупова, ст. 11.17 КоАП РФ предусмотрена ответственность за посадку или высадку граждан на ходу поезда либо проезд на подножках, крышах вагонов или в других, не приспособленных для проезда пассажиров местах в виде штрафа в размере 100 рублей. Другого наказания за зацепинг, по сути, нет. Как вариант — привлечь за хулиганство, но это сделать непросто.

«Для того чтобы зацепинг квалифицировать как хулиганство, необходимо, чтобы подобные поездки сопровождались какими-нибудь демонстративными действиями, выражающими явное неуважение к обществу. Примеров подобного в судебной и следственной практике не встречалось», — говорит в беседе с «Известиями» юрист. Специалист напоминает, что административная ответственность наступает только для лиц, достигших 16 лет. За малолетних же зацеперов отвечают родители — их могут привлечь по ч. 1 ст. 5.35 КоАП РФ за ненадлежащее исполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетних.

Три года назад Уголовный кодекс дополнили ст. 267.1 «Действия, угрожающие безопасной эксплуатации транспортных средств». И наказание по ней сурово: штраф 150–300 тыс. рублей, лишение свободы до двух лет. Но, как отмечают специалисты, экстремалов по этой статье не привлекают — сложно доказать, что поездка зацепера имела последствия для эксплуатации транспорта.

«Молодец, мужик растет!»

Смешной штраф в 100 рублей не раз пытались увеличить хотя бы до 700–1,5 тыс. рублей, а в случае повторного нарушения — до 4–5 тыс. рублей, но пока всё осталось без изменений. Как отметила в беседе с «Известиями» глава комитета Совета Федерации по социальной политике, представитель Мосгордумы в Совете Федерации Инна Святенко (в свое время она выступала редактором законопроекта о внесении изменений в административный кодекс в части повышения штрафов за зацепинг), увеличение штрафов — одна из мер, но только на законодательном уровне проблему не решить.

«С одной стороны, родители должны мгновенно реагировать и обращаться к специалистам, если от ребенка пахнет железной дорогой (а это специфичный запах мазута, пропитки шпал — он достаточно въедливый), появляется альпинистское снаряжение, перчатки, — говорит эксперт. — С другой стороны, это и работа полиции, которая проводит целые спецоперации. К сожалению, часто группы зацеперов выявляют уже после того, как кто-то из детей получил травму, — цепляются за эту ниточку и распутывают целый клубок большого закрытого сообщества».

К слову, реакция родителей на столь опасное увлечение ребенка порой вызывает недоумение.

«Я участвовала в рейдах на железной дороге. Когда мы с полицией на транспорте обнаруживали ребенка, снимали его, звонили родителям, то отец говорил так: «Ну молодец, мужик растет! Правильно, он себя пробует. Я тоже на трамвае катался, когда был маленький. Это было круто, мы воображали перед девчонками». Понимаете, раньше трамвай шел с одной скоростью, а сейчас электрички уже идут с другой скоростью. Риски несоизмеримы! Хотя раньше и те, кто цеплялись за трамвай, гибли. Мне кажется, что надо еще что-то и в сознании перевернуть, в том числе и у родителей», — считает Инна Святенко.

Впрочем, в опасной моде на зацепинг есть и положительная динамика. По словам председателя комитета Совета Федерации по социальной политике, по крайней мере на Московском железнодорожном узле данные о количестве травмированных и погибших зацеперов снижаются. «Но пока есть это деяние, есть над чем работать», — замечает Инна Святенко.

Как пояснили «Известиям» в отделе информации и общественных связей УТ МВД России по ЦФО, за семь месяцев этого года на участках обслуживания травмы получили 11 несовершеннолетних зацеперов, четыре из них погибли.

«Случаев смертельного травмирования подростков в текущем году меньше по сравнению с 2019 годом, — заметили в ведомстве. Правда, конкретную цифру не озвучили. — За семь месяцев 2020 года сотрудниками транспортной полиции УТ МВД России по ЦФО проведено более 3000 профилактических рейдов на участках обслуживания. В учебных заведениях на постоянной основе проводятся профилактические беседы, лекции».

Кроме того, полицейские борются с зацепингом и онлайн: мониторя социальные сети, сотрудники подразделения по делам несовершеннолетних находят и блокируют группы, содержащие противоправный контент, пресекают несанкционированные акции зацеперов.

Блокировать на «автомате»

Старший преподаватель кафедры гражданского права и процесса университета «Синергия» Александр Алексеев замечает, что подростками-зацеперами движет «ложное чувство бесшабашной удали и желание выложить в сеть интернет видео или фотографии их экстремальной поездки на пригородной электричке, показать крутизну».

«В прессе предлагалась идея установки на смартфоны подростков специального приложения, которое блокировало бы аудио- и видеовозможности устройства при нахождении его вблизи железнодорожных путей и сообщало родителям о том, что ребенок находится в опасной зоне. Мне кажется, что исключение возможности сделать селфи на движущемся поезде значительно сократит желание подростка кататься на поездах», — говорит в беседе с «Известиями» Александр Алексеев.

В 2018 году в Роскомнадзоре заявили, что пропаганду зацепинга в соцсетях удалось свести к нулю. Тогда информация о зацепинге была удалена администрациями ресурсов из 387 групп и сообществ на основании судебных решений. «Известия» попросили уточнить пресс-службу ведомства, насколько сейчас активны группы зацеперов в соцсетях, какова актуальная статистика по заблокированным ресурсам, но на момент публикации ответ не получили. По словам лидера общероссийского движения «Сильная Россия» Антона Цветкова, в целом зацепинг был всегда и праздновать победу над ним рано — в интернете информации хватает.

«Чтобы победить зацепинг, необходимо блокировать любую информацию о зацепинге в социальных сетях и сети интернет, — говорит «Известиям» эксперт. — Причем не на уровне «общественники увидели и добиваются блокировки через прокуратуру», а на программном уровне — выявлять в течение секунды и автоматически блокировать. Зацепинг не признаешь экстремизмом, но, возможно, информацию о нем нужно блокировать как опасную для жизни».

Показать другую жизнь

По словам Инны Святенко, любопытство, потребность в выбросе адреналина, протестность (особенно в пубертатный период) приводят детей в закрытые группы, которыми на самом деле манипулируют взрослые.

«За всеми этими явлениями стоят далеко не дети, а взрослые. Они создают команду ребят, которые им подчиняются, беспрекословно слушают и совершают такого рода вылазки», — считает председатель комитета Совета Федерации по социальной политике.

«Мы предлагали для взрослых зацеперов установить административный арест на 15 суток и уголовную ответственность для лиц старше 18 лет, которые вовлекают в зацепинг несовершеннолетних», — говорит Антон Цветков. Но пока эта инициатива не получила отклика. Есть и другие предложения.

«Нужно восстанавливать бесплатный внеурочный досуг. Детям элементарно некуда пойти: секции платные, а то, что бесплатно, зачастую просто им неинтересно. Многие идут в зацепинг, потому что им некуда податься, а это бесплатное, интересное для них увлечение, — говорит общественник. — Нельзя всё перекладывать на родителей, потому что многие ничего сделать не могут — нет авторитета. К нам приходили родители: «Помогите! Что нам делать с нашим ребенком? Мы не понимаем, он нас не слушает». Как правило, в таких случаях мы помогаем устроить ребенка в какую-то секцию, и это хороший механизм. Когда дети переходят в какую-то интересную секцию и тренер начинает с ними работать именно как воспитатель и фактически второй отец, это срабатывает».

Иногда после неудачной поездки очередного зацепера родители рассказывают, что объясняли ребенку, насколько опасно такое экстремальное увлечение, показывали видео, но на деле получился обратный эффект. Может, лучше и не показывать заманчивые для подростка картинки? Врач-психиатр, психотерапевт Евгений Фомин полагает, что обсуждать проблему лишь на словах тоже не стоит.

«Если объяснять на словах, то ребенку захочется посмотреть, о чем же идет речь. Будет искать в интернете, увидит только удачные моменты, и это его замотивирует», — говорит «Известиям» специалист.

По словам Евгения Фомина, важно показать перспективу, что ждет после «момента славы», ведь чаще всего будущее у зацепера не радужное, если вообще есть.

«Нужно сделать подборку, выбрать неудачные моменты, те истории, которые можно проследить дальше: подросток получил увечья, травму, инвалидность, в худшем случае погиб. Показать, что за коротким видео в пару минут есть продолжение. Это нужно для того, чтобы подросток для себя взвесил: стоит ли ради минутного, короткого хайпа рисковать своим будущим? Что ты дальше с этим будешь делать, как ты себя реализуешь, будучи неполноценным? — поясняет врач-психиатр. — Сейчас же все, грубо говоря, заточены на успех: заходят в Instagram и смотрят, у кого какая машина, кто как одет, как физически выглядит. Нездоровье — это про ощущение неуспешности».

С другой стороны, отмечает специалист, стоит показать и другую сторону: как ты можешь себя реализовать, не рискуя жизнью.

«Поступить в классный университет, стать лучшим в учебе, лучшим в спорте, прокачать свое тело, выучить языки, — перечисляет Евгений Фомин. — Что ты получишь в результате? Хорошую работу, свой бизнес, путешествия, деньги, свободу».

Елена Мотренко, Известия