Ольга Костина: «В России необходимо создать систему помощи потерпевшим»



alttext

Участники круглого стола

Общественные деятели подготовят обращение к Президенту России Владимиру Путину о необходимости создания компенсационного фонда жертвам преступлений

28 ноября 2019 года Фонд поддержки пострадавших от преступлений организовал и провел круглый стол «Социальная ответственность государства и общества в вопросах возмещения потерпевшим от преступлений имущественного и морального вреда». Общественные деятели и эксперты указали на отсутствие адекватной социальной помощи и реабилитации со стороны государства в отношении потерпевших и отметили необходимость создания полноценной системы компенсации причиненного вреда и оказания медико-социальной помощи жертвам преступлений. Участники круглого стола заявили о подготовке обращения к Президенту России Владимиру Путину.

Участники круглого стола «Социальная ответственность государства и общества в вопросах возмещения потерпевшим от преступлений имущественного и морального вреда»

В мероприятии приняли участие: председатель Совета Фонда поддержки пострадавших от преступлений, член Правительственной комиссии по профилактике правонарушений Ольга Костина, экс-старший помощник председателя Следственного комитета России, генерал-майор юстиции, эксперт Фонда поддержки пострадавших от преступлений Игорь Комиссаров, исполнительный директор Фонда поддержки пострадавших от преступлений, член Общественного совета при ГУ МВД России по г. Москве Матвей Гончаров, адвокат, представитель несовершеннолетнего потерпевшего Максима Чиркова, эксперт Фонда поддержки пострадавших от преступлений Максим Пешков, а так же эксперты, представители НКО и СМИ.

«У жертв тяжких и особо тяжких преступлений против жизни и здоровья отсутствует возможность получения полноценной и доступной медико-социальной, психологической реабилитации, правовой и материальной поддержки», — открывая дискуссию, отметила Ольга Костина. – «Фонд поддержки пострадавших от преступлений, общественные деятели подготовили проект обращения к Президенту России Владимиру Владимировичу Путину. Когда мы готовили закон о правах потерпевших, мы шли к нему 8 лет. Мы добились этого закона, но в итоге он был принят только после поддержки Президента. Мы будем просить первое лицо о создании профильной рабочей группы для того, чтобы разработать законопроект о компенсационном фонде жертвам преступлений. Если человек пострадал, он должен получить финансовую, правовую и реабилитационную помощь. Наше обращение не будет тайной – мы рассылаем его государственным органам, в парламент, в правительство, Уполномоченному по правам человека. Большое спасибо Татьяне Москальковой. Только она создала в своем офисе подразделение, которое занимается правами потерпевших. Нам не удалось добиться этого ни от Генеральной прокуратуры, ни от Министерства юстиции».

Участники круглого стола

Трагедия 10-летнего Максима Чиркова, сбитого в поселке Новый Уоян (Республика Бурятия) 7 мая 2019 года таксистом, не имеющим водительских прав, стала центральной темой дискуссии. Ребенок получил тяжелейшие травмы головы, перелом основания черепа, костей ног, таза. Республиканские медики провели неотложные операции в июле 2019 года, но не смогли оказать долговременного лечения, фактически, выписав Максима умирать домой. 34-летняя мать-одиночка Ольга Галенко безрезультатно билась во все двери. В Москве помощь специалистов НИИ неотложной детской хирургии и травматологии удалось организовать только после личного участия экс-старшего помощника председателя Следственного комитета России Игоря Комиссарова. 16 октября Максима привезли в Москву и провели первые операции. За все это время потерпевшие не получили никакой помощи от государства. Правовую поддержку семье оказывает Фонд поддержки пострадавших от преступлений. Эксперт Фонда, адвокат Максим Пешков участвовал в судебном заседании в Северобайкальском городском суде Республики Бурятия. Несмотря на ходатайства о переносе судебного разбирательства в связи с необходимостью присутствия матери потерпевшего при проведения экстренных операций, либо о проведении судебного разбирательства с помощью видеоконференцсвязи, суд цинично и необоснованно отказал потерпевшим в участии в рассмотрении уголовного дела. 27 ноября 2019 года Северобайкальский городский суд признал Титова Константина Игоревича виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 264 УК РФ (причинение тяжкого вреда здоровью) и назначил наказание в виде 2 лет 3 месяцев ограничения свободы с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортным средством сроком на 2 года 6 месяцев. То обстоятельство, что у подонка, едва не убившего ребенка, вообще никогда не было прав управления транспортным средством, суд даже не рассматривал. Возмещать вред, нанесенный потерпевшему, Титов не собирается. А вот федеральная казна теперь пополнится на 7400 рублей – суд не зря работал – взыскал процессуальные издержки.

«Судебное решение просто ошеломляет», — особо отметила Ольга Костина. – «Совсем недавно прокуратура объявила, что создано специальное подразделение по надзору за правами детей. Где же они взяли такого гособвинителя, который потребовал наказать подсудимого за тяжелейшие травмы ребенку 2,5 годами ограничения свободы? Мы не говорим о кровожадности, но почему не отстаиваются хоть какие-то права искалеченного ребенка!»

О ходе судебного процесса, который, мягко говоря, был стремителен, рассказал адвокат потерпевший семьи, эксперт Фонда поддержки пострадавших от преступлений Максим Пешков.

Адвокат, эксперт Фонда поддержки пострадавших от преступлений Максим Пешков

«Судебный процесс начался в октябре, а закончился в ноябре», — сказал Максим Пешков. – «Дело было назначено к рассмотрению в особом порядке ровно через один день, как маму с ребенком перевели в Москву, несмотря на то, что потерпевшие никогда не выражали согласие на подобный порядок. Мы отказались от особого порядка. Несмотря на наши ходатайства о переносе рассмотрения дела в связи с необходимостью присутствия матери при проведении медицинских операций ребенку, либо об использовании видеоконференцсвязи, суд отказал потерпевшим. Суд провел допрос матери несовершеннолетнего по видеоконференцсвязи, и, как в плохом сериале, просто выключил телевизор, лишив потерпевших возможности участия в процессе. Мы считаем, что суд поставил внутренние интересы своей работы выше интересов больного ребенка. Мать была поставлена в тиски – либо бросайте своего ребенка, приезжайте и участвуйте в процессе, либо пусть участвует адвокат. Но мой доверитель хотела участвовать в процессе при непосредственной поддержке адвоката. Обязанность по обеспечению возможности реализации прав участниками уголовного судопроизводства возложена на суд. Суд с этой обязанностью не справился».

Максим Пешков так же обратил внимание участников дискуссии, что суд оставил без какой-либо оценки отсутствие проведения процедуры медицинского освидетельствования подсудимого. Процедура не была проведена в принципе. Якобы медсестра взяла у водителя кровь.

«Как она ее брала, какими материалами пользовалась, как образцы опечатывались, где хранились?» — задается вопросами адвокат. – «Все это суд оставил без внимания».

Суд так же оставил без внимания, что человек без водительских прав занимался не частным извозом, а работал в службе такси и на момент ДТП перевозил пассажиров. Это в очередной раз показывает неполноту проведенного расследования.

«Приговор незаконен и мы будем обжаловать его всеми предусмотренными законодательством способами!» — заявил Максим Пешков.

По признания экс-старшего помощника председателя Следственного комитета России Игоря Комиссарова, таких случаев, как с Максимом, к сожалению тысячи. И заниматься ими приходится лично, без какой-либо помощи государства.

Экс-старший помощник председателя СК РФ, генерал-майор юстиции Игорь Комиссаров

«Потому что не было закона, который бы работал с потерпевшими и в рамках которого, им можно было бы оказывать адекватную помощь», — напомнил Игорь Комиссаров. – «Вместе со Следственным комитетом Фонду поддержки пострадавших от преступлений, всей общественности удалось добиться принятия закона о защите потерпевших в 2013 году…Что касается Максима. Ребенок остался вместе с мамой наедине со своей бедой. Уголовное дело не возбуждалось. Мама прошла целый ряд больниц в Республике Бурятия. У ребенка страшнейшие травмы. У мамы зарплата около 20 тысяч рублей. Ей никто не оказал никакой помощи. Чтобы спасти сына женщина взяла кредит 400 тысяч рублей. И только после помощи конкретных людей Максима удалось перевести в Москву на лечение. С помощью Фонда доктора Лизы удалось начать оказывать материальную помощь. Откликнулись другие неравнодушные люди. И больше никто. Никакой помощи и поддержки со стороны государства, кроме помощи специалистов НИИ неотложной детской хирургии и травматологии. Мальчику требуется дальнейшая реабилитация, которая потребует около 300 тысяч рублей. Эти деньги ищут благотворители, мама через смски собирает, а не государство. И таких детей по стране тысячи. Нет никакой системы помощи».

По мнению Игоря Комиссарова подобные расходы должно брать на себя государство и в дальнейшем определять каким образом взыскать деньги с преступника. Офицер поддержал создание компенсационного фонда помощи потерпевшим.

«Необходимо принять нормальный закон имени Максима Чиркова, который работал бы на потерпевших!» — заявил Игорь Комиссаров. – «Им помощь нужна здесь и сейчас!»

«Не работать с потерпевшими, не демонстрировать заинтересованность и готовность в справедливом решении – это плодить новых потерпевших!» — поддержала Игоря Комиссарова Ольга Костина.

По мнению председателя комиссии Ассоциации юристов России Ирины Фаст, принятие решения о создании в России компенсационного фонда – решение политическое. И здесь необходимы последовательные действия.

Председатель Комиссии Ассоциации юристов России Ирины Фаст

«Во-первых, необходима общественная поддержка, аналитические и социологические исследования, некоторые из которых уже проведены», — считает Ирина Фаст. – «Так же нужно определить источники финансирования, что при целенаправленном подходе не имеет сложности. Но жизнь человека в России стоит дешево. Финансовый университет провел исследование, которое говорит, что цена человеческой жизни, стоимость ущерба для экономики составляет от 40 до 60 млн. рублей. По данным Судебного департамента по возмещению вреда жизни и здоровью таких цифр, конечно же, нет. Между стоимостью жизни и реальными выплатами огромная разница».

Проблема еще и в том, что те копейки, которые присуждает суд порой просто невозможно взыскать с преступника. Ребенок стал инвалидом, привела пример Ирина Фаст, суд присудил 250 тысяч рублей за моральный вред, а преступник перечисляет по 1000 рублей.

Исполнительный директор Фонда поддержки пострадавших от преступлений, член Общественного совета при ГУ МВД России по г. Москве Матвей Гончаров

«Общество хочет добиться от государства реализации политической воли в вопросе защиты жертв преступлений», — выразил уверенность исполнительный директор Фонда поддержки пострадавших от преступлений Матвей Гончаров. — «Различные экспертные группы с 90-х годов неоднократно пытались выйти с предложением о создании и реализации компенсационных программ жертвам преступлений, но все заканчивалось ничем. В закон о расширении процессуальных прав потерпевших, принятом в 2013 году, не вошли примерно половина предложений. Как показывает трагедия Максима Чиркова, в настоящее время они крайне востребованы».

По данным, приведённым Матвеем Гончаровым, общий ущерб, причиненный в 2018 году, составляет 563 млрд. рублей. Это материальная оценка по всем совершенным преступлениям. Из них 247,5 млрд. рублей не будут компенсированы никогда, потому что это ущерб по приостановленным делам, в тех случаях, когда подозреваемый не найден.

Матвей Гончаров так же отметил, что за все время существования современного УК РФ, в 264 статью вносилось 16 законодательных правок-инициатив, из которых ни одна не касалась усиления уголовной ответственности для тех лиц, которые вообще не имели права управления транспортным средством или были лишены его.

«Совершенно непонятно почему для всех категорий правонарушителей по данной статье наступает одинаковая ответственность», — недоумевает юрист. — «Фонд будет обращаться в профильный комитет Госдумы с соответствующим предложением».

Председатель межрегионального общественного движения за права пешеходов «Союз пешеходов» Владимир Соколов обратил внимание на то, что в последние годы страховщики все чаще стали уходить от ответственности при выплатам пострадавшим.

Председатель межрегионального общественного движения за права пешеходов «Союз пешеходов» Владимир Соколов

«Выплачиваются, как правило, какие-то первые суммы, а в дальнейшем, по разными предлогами и основаниями, выплаты приостанавливаются», — пояснил Владимир Соколов. — «Что говорить, если жизнь человека в общественном транспорте стоит 2 млн. рублей, но только он выйдет из транспорта стоимость его жизни падает до 500 тысяч рублей. Но даже эти деньги получить очень трудно. Нам необходима независимая структура, которая бы занималась вопросами пострадавших пешеходов по принципу аварийных комиссаров — выплаты, организация лечения, правовая поддержка. Скажите невозможно? В Израиле уже несколько десятилетий успешно работает государственный фонд помощи «Карнит», который организует выплаты компенсаций, пострадавшим в дорожных авариях вне зависимости от того, кто виновен в ДТП».

Владимир Соколов поддержал инициативы по созданию в России компенсационного фонда жертвам преступлений и разработке программ помощи.

Фонд поддержки пострадавших от преступлений, общественные деятели, журналисты продолжат оказывать помощь Максиму Чиркову и его маме. В ближайшее время будет обжалован незаконный приговор преступнику, искалечившему мальчика. Эксперты и общественные деятели продолжат работу над обращением к Президенту России Владимиру Путину о необходимости скорейшего создания в России компенсационного фонда жертвам преступлений.

ФПП