Когда судья становится потерпевшим



alttext



В студии Радио России ведущая программы «Право на защиту» Ильмира Маликова и адвокат Адвокатской палаты города Москвы Артур Рамазанов обсудили состояние судебной практики в России.


Ильмира Маликова: Добрый вечер, Артур!

Артур Рамазанов: Здравствуйте!

Ильмира Маликова: Довольно часто мы посвящаем нашу программу теме присяжных заседателей и судопроизводства. Очень приятно обсуждать вопросы, касающиеся этой тематики, с человеком, знающим о судебной практике  не понаслышке. Предлагаю начать с обсуждения неприятных случаев, которые произошли совсем недавно. Так, в минувшие выходные стало известно о драке, произошедшей в одном из московских ресторанов между районным судьей и женихом. Судье были нанесены телесные повреждения. То есть развернулся неожиданный сюжет с избиением судьи. Мы привыкли к тому, что судьям угрожают за ведения каких-то важных дел, на них покушаются, судью даже могут убить за то, что он не оказал должного уважения криминалу. Но судья, избитый во время пьяной драки в ресторане, — это, мне кажется, нонсенс для судейского сообщества. Для того, чтобы судить в соответствии с законом, с чувством справедливости, судья должен быть уравновешенным, адекватным и разумным человеком. Мы не знаем в подробностях того, что произошло. Но видишь пьяный — отойди, чтобы он тебе ни сделал: оттоптал ноги, толкнул, использовал в твою сторону нецензурную лексику. Пьяная свадьба без драки не обходится. так зачем же становиться предметом этой драки? А теперь против жениха возбуждено уголовное дело.

Приведу второй пример. Противники суда присяжных говорят, что у нас не достаточно зрелое и адекватное общество, чтобы осуществлять правосудие. У нас есть корпус судей, который этим занимается. 2 декабря суд присяжных в Московском областном суде вынес обвинительный вердикт авиадебоширу Сергею Кабалову. Он признан единогласно виновным в избиении бортпроводника и попытке угона самолета тюменской авиакомпании «Когалымавиа», который летел в Хургаду  11 января 2013 года. Было громкое дело, Кабалов даже отправился в бега, но его поймали и вернули на родину. Надо сказать, что я обсуждала этот случай с моими коллегами по правозащитному движению «Сопротивление». Все мы были уверены, что присяжные вынесут оправдательный приговор. Есть такая традиция, что присяжные выносят оправдательный приговор, более того, Кабалов — дебошир и хулиган, понятно, что никакой самолет угонять он не собирался. Присяжные могли бы признать его не виновным по статье Угон самолета.

Артур Рамазанов: Конечно, все зависит от того, как был сформирован состав суда присяжных. На самом деле, это делается в свободной манере. Но никто не исключает, что могли умышленно подобрать людей заинтересованных.

Ильмира Маликова: Я не против приговора, который постановляет, что человек виновен. За такие концерты людей надо наказывать жестко. Но ощущение, что оправдательный приговор не состоялся, потому что была неправильная квалификация, меня не покидает. Если бы суд присяжных сказал, что Кабанов не виновен, получился бы сумасшедший прецедент, дальше бы дела раскалывались, никого бы из дебоширов не осудили, потому что существовало бы прецедентное право.

Артур Рамазанов: Я считаю, что в ситуации с Кабаловым надо было вникнуть в суть дела, а не осуждать просто в назидание другим по такой тяжкой статье.  На мой взгляд, он должен понести наказание за то, что он совершил. Понятно, что человек не собирался захватывать самолет. Тот, кто хочет захватить самолет, готовится к этому — совершает определенные действия, а не просто напивается и лезет в кабину к пилоту. Посмотрим, как это дело пройдет вышестоящие судебные инстанции.

Ильмира Маликова: Вердикт присяжных может быть отменен?

Артур Рамазанов: Да, это может произойти.

Ильмира Маликова: То есть защита Кабалова может опротестовать решение?

Артур Рамазанов: Тут дело в том, что непосредственно судья еще должен вынести приговор и определить наказание и квалификации деяния. Только тогда можно полностью обсудить данный вопрос.

Ильмира Маликова: Да, ведь статья-то серьезная, по ней выносится приговор до 12 лет.

Артур Рамазанов: Согласен. Что же касается судьи, который попал в драку, тут имеет место быть чисто бытовая ситуация. Если жених и избил его, то я сомневаюсь, что  он знал, что перед ним судья. Может быть, в процессе конфликта судья и сказал жениху, кто он такой, но нужно учесть, что судьи рассматривают много дел, знают, что происходит в жизни, на практике, поэтому должны избегать конфликтов. Надо себя научиться сдерживать. Сама профессия судьи подразумевает, что судья должен быть сдержанным, объективным и хладнокровным. Конечно, если подобная ситуация возникла, то он должен себя защищать, никто не говорит, что он должен дать себя избить, но ему необходимо избегать ситуаций, в которых есть провокационные моменты. Мое мнение, судья должен был покинуть данное заведение. Теперь разбираются. Был бы обычный человек на месте этого судьи, такого шума бы не было. С другой стороны, судья получил жизненный опыт. Это может отразиться на его работе. Например, он останется работать и будет знать, что следует быть осторожнее. Более того, у него может выработаться отрицательное отношение к пьющим гражданам, то есть случай отразится на его объективности, ведь, по сути, судья оказался жертвой.

Ильмира Маликова: Очень мало людей, которые являются сотрудниками надзорных, правоохранительных и судейских органов, чувствовали себя на месте потерпевшего. Если кто-то из сотрудников данных органов получит опыт потерпевшего, которому необходимо добиться возбуждения уголовного дела, реабилитации, заявления в суде собственной позиции, быть может, он изменит сове отношения к потерпевшим. Человек в мантии, сидящий в судейском кресле, поймет жертву и не будет говорить, что потерпевший сам виноват.