«Был самым любимым ребенком в семье». История одного убийства



alttext

Галина с Пифом

Убийство домашней собаки на глазах у хозяйки шокировало зоозащитников Псковской области. Деревенский житель, приманив пса, воткнул ему нож в горло. Уголовное дело отказывались возбуждать под разными предлогами, пока не вмешался лично губернатор, которого неравнодушные люди буквально засыпали жалобами. Впрочем, вопрос не решен до сих пор. Подобные истории — не редкость. Законом предусмотрено наказание за издевательство над животными, но никого это не останавливает. Почему садистов не всегда привлекают к ответственности — в материале РИА Новости.

«Просто очень любим»

Галина Паскевич называет своих питомцев малышами. Ее отношение к животным разделяют муж и взрослый сын. «Собачники в парке, когда видят нас, говорят: «Вон многодетные идут! А мы просто очень-очень их любим». Двух йорков семья взяла у заводчицы. В тесной «однушке», по словам Галины, «ютилась куча неухоженных собачек, хозяйка на них зарабатывала, мама Жужи и Буси умерла от безумного количества родов». Больше к заводчикам не обращались.

Дворнягу Степу в 2015-м подобрали в подмосковной деревне: «Увидела его рядом с помойкой, лежал с раздутым животом. Помчались к доктору. Оказалось, здоров, только объелся. И что с ним делать, с двухмесячным — не везти же обратно на мусорку». Еще одного щенка — метиса норвежского элкхаунда — Галина нашла через пару месяцев. Бегал по двору и заглядывал в глаза прохожим. «Ноябрь, на улице грязно, холодно, Пиф был такой чумазый, — вспоминает Паскевич. — Я и его забрала».

Постоянно семья живет в Люберцах, но есть еще участок с маленьким домом в селе Сигово Псковской области. «Весной 2016-го мы впервые поехали все вместе в деревню», — продолжает Галина. Проблемы, по ее словам, начались сразу: один из деревенских жителей — Сергей Т .— патологически боится собак. «Но наш Пиф прошел курс в кинологической школе, всегда был в хорошем расположении духа — добряк и весельчак. Забор на участке из рабицы. Когда кто-то идет, псы, конечно, лают. Это же нормально: территорию охраняют».

Мимо забора Сергей ходил рыбачить на озеро. Все пять лет, что семья приезжала в Сигово, соседа бесило, что у них — собаки.

«Прямо в пасть нож всадил»

«Я старалась наладить добрые отношения. Продукты привозила, деньгами помогала. Уговаривала: «Сережа, собаки привыкнут к тебе». Надеялась на понимание», — рассказывает Галина. Двадцать четвертого июля она отправилась на рынок и любезно прихватила с собой Т., у которого машины нет. «По пути мы разные новости обсуждали, он держался дружелюбно, ничто не предвещало беды».

На следующий день, услышав лай, Галина вышла на крыльцо и увидела соседа. «Крикнула: «Сережа, привет!» Он приблизился к забору и подозвал Пифа. Думала, с рыбалки, хочет его чем-то угостить, попросила: «Не надо ничего ему давать». А он ответил: «Надо, Галя!» И после этого прямо в пасть Пифу нож-заточку всадил. Кровь хлынула, пес не понял, что случилось, подбежал ко мне, смотрит своими глазками. Я пыталась кровь остановить. Пиф двадцать пять минут захлебывался. А потом умер. Не могу это забыть. Он ведь тогда нож не только Пифу, но и мне прямо в сердце всадил», — Галина плачет.

Была ли кошка?

«Мы вызвали полицию, они отнеслись к нашей трагедии чуть ли не с иронией: подумаешь, собаку убили. Им невдомек, что это не просто собака, а мой самый любимый ребенок в семье». Паскевич потребовала привлечь Т. к уголовной ответственности. Однако ей отказали. В постановлении, подписанном начальником МО МВД России «Невельский», говорится: в действиях Т. «отсутствует состав преступления, так как его умысел был направлен на причинение гибели животному, чтобы отомстить гр. Паскевич за гибель его кошки».

Как выяснилось, сосед написал в показаниях, что утром шел на озеро за водой и якобы недалеко от дома Галины обнаружил одну из своих кошек мертвой. «Сразу же подумал — это сделала собака Паскевич». По его словам, он разозлился, но продолжил путь. Возвращаясь с озера, увидел пса за забором, «вспомнил, что он загрыз кошку, и ударил его в область шеи ножом».

Руководитель местной зоозащитной организации «Невельские хвостики» Юлия Беляева Сергею Т. не верит: «Мы были в Сигово, общались с жителями. Дома у Т. множество кошек, мы насчитали двадцать, остальные прятались. Когда их так много, они часто болеют, к тому же хозяин кормит их только сырой рыбой. Тем более он говорил, что животному было 13 лет. А еще в деревне раскладывают отраву для мышей и крыс. Не исключено, что кошка съела отравленную мышь. Никто не устанавливал, от чего она умерла. Местные вообще рассказали, что история с кошкой была год назад. А накануне убийства собаки Т. бегал по деревне с мертвым ужом и кричал: «Кто раздавил ужика?» Я видела и дворнягу Галины, с которой Пиф воспитывался одинаково. Она дружелюбна, спокойно реагирует на кошек и не выходит без разрешения за территорию участка».

Убил одним ударом — значит, не причинил страданий

Паскевич считает, что сосед мог выдвинуть хитрую версию, чтобы избежать уголовной ответственности. Ведь в статье о жестоком обращении не упоминается об убийстве из чувства мести либо из-за неприязни к хозяйке.

Как поясняют юристы, нужно доказывать: цель была — причинить животному боль или страдания, а также имели место хулиганские или корыстные побуждения.

«Утверждение Т., что он хотел отомстить, ничем, кроме его собственных слов, не подтверждено, — говорит Александр Кошкин, юрист Фонда защиты потерпевших от преступлений, который сейчас оказывает Галине поддержку. — Но обратите внимание: собаку убили через сетку забора, то есть она не представляла никакой опасности для Сергея. Что это, если не убийство из хулиганских побуждений?»

Паскевич обратилась в Невельскую межрайонную прокуратуру, однако там разбираться не захотели. Сослались на решение Верховного суда, где сказано: «Под жестоким обращением с животным, повлекшим его гибель, понимается систематическое избиение, оставление без пищи и воды на длительное время и тому подобное отношение или, например, мучительный способ умерщвления». А Т. убил пса одним ударом ножа в область головы. Значит, «умысла на причинение страданий животному не имеется». Паскевич предложили обратиться в суд и «взыскать материальный вред, причиненный в результате порчи ее имущества в виде собаки».

«В Невеле 245-я статья УК никогда не работала, — утверждает Юлия Беляева. — В городе было несколько волн отравлений собак. Некоторые очень тяжело умирали — мучились сутками. Я писала заявления, но полиция не отвечала. В прокуратуру сколько ни обращалась, все бесполезно».

Отчаявшись, Галина опубликовала пост в соцсетях. «Откликнулись молодые депутаты, зоозащитники, неравнодушные люди. Губернатора Псковской области Михаила Ведерникова просто завалили жалобами, и он дал поручение разобраться».

Но даже после этого пытались замять дело. «Ходил полицейский, опрашивал соседей, — уточняет Паскевич. — Говорил им, мол, до суда дело все равно не дойдет, просил написать, что Пиф набросился на Сергея. А от меня потребовали справку, доказывающую, что Пиф перед смертью испытывал мучения. Где такую взять, ума не приложу».

В распоряжении РИА Новости есть акт, подписанный в комитете по ветеринарии Псковской области. Специалисты установили, что смерть Пифа «произошла от остановки сердца и дыхания вследствие сильной кровопотери, несовместимой с жизнью, из-за травмы, нанесенной колюще-режущим предметом в область крупных кровеносных сосудов (подъязычной сонной артерии)». «Может, в полиции считают, что собака испытывала от этого удовольствие?» — удивляется Паскевич.

Доказательства теперь собирают всем миром

Ситуация снова накалилась. Жители региона повторно апеллируют к губернатору. В инстаграме Михаил Ведерников даже разместил видео, сообщив, что «с майором полиции, который ходил и опрашивал возможных свидетелей и говорил, что дело не дойдет до суда», начальство уже провело беседу.

А у Ведерникова, по его словам, состоялся разговор с прокурором области и исполняющим обязанности начальника УВД. После чего ходатайство о прекращении уголовного дела прокуратура отклонила. «В настоящий момент и прокуратура, и Управление внутренних дел по Псковской области проводят сбор необходимых сведений и информации для принятия решения о возбуждении уголовного дела», — уведомил губернатор. И обратился к людям с просьбой рассказать все, что знают и видели.

Галине Паскевич обещают со дня на день сообщить о принятом решении. Она надеется, что соседа привлекут к ответственности. Для семьи этот вопрос принципиальный.

Вода хлынула вместе с кровью

«Статья 245 УК плохо работает, — считает председатель общественной организации «Альянс защитников животных» Юрий Корецких. — Нередко это связано с тем, что полицейские не знают, как правильно действовать по ней. Там множество нюансов. Например, необходимо провести экспертизу животного или его трупа, что будет весомым доказательством преступления. А у них нет инструкций, методичек».

Дикая история, демонстрирующая пробелы в законодательстве, произошла в августе во Владимире с дворнягой по кличке Пит. По злой иронии издевались над псом в микрорайоне Добрый. Там снимала квартиру семья с детьми, в которой жила и собака. Пит надоел хозяевам: с ним нужно гулять, тратиться на корм. Хозяйка задумала от него избавиться. Наняла двух пьяниц.

«Они перерезали Питу горло, но с первого раза убить не удалось, видимо, хорошо выпили, — приводит жуткие подробности Корецких. — Позже снова попытались отрезать ему голову. И опять неудачно».

Привязанного к дереву Пита с окровавленной шеей увидели молодые супруги, вышедшие на прогулку со своими питомцами. Рядом лежал мужчина, от которого разило спиртным. На улице было жарко, пес хрипел. Когда его попытались напоить, чтобы привести в чувство, вода вместе с кровью хлынула из дыры на шее. Собачники ужаснулись и сразу отвезли Пита в ветеринарную клинику. Пять хирургов наложили 17 швов. Пес выжил чудом. Сейчас он в безопасности, ему ищут новых хозяев.

Спасители Пита подали заявление в полицию. По словам Корецких, уголовное дело возбудили, но привлекли только исполнителей, а бывшая владелица живет спокойно: в законе нет понятия «заказчик убийства животного». Зоозащитники считают, что статью 245 необходимо расширить.

Однако существует проблема, которую переписыванием законов не решить. «К сожалению, многие полицейские не воспринимают подобные инциденты всерьез и просто не хотят заниматься их расследованием, — поясняет Юрий Корецких. — Отмахиваются: мол, у нас полно действительно важных дел. Хотя последняя редакция 245-й статьи свидетельствует — законодатели со всем вниманием отнеслись к вопросу и включили преступления против животных в категорию средней тяжести».

То, как развивалась ситуация в Псковской области, — типичная история. «Нужен большой общественный резонанс, необходимо подключить высокопоставленных чиновников», — констатирует зоозащитник.

В колонию строгого режима

«Бывает, полиция что-то не сделала, не выполнила проверку. Исходя из этих случаев, нельзя говорить, что статья 245 вообще не работает. Судебная практика меняется. Уже немало вынесено приговоров», — отмечает председатель Ассоциации юристов и специалистов по правам и защите животных «Зооправо» Анастасия Федюнина.

И приводит пример: живодеров в Саратовской области отдали под суд. Один из них даже получил срок. В прошлом году двое жителей Краснокутского района расчленили и съели собаку, которая жила в поселке Загородном под присмотром людей и на тот момент кормила шестерых щенков. Изверги выманили ее на дачный участок и расправились, а малышей закопали живьем в землю. Четверо щенят погибли, двоих спасли. Один из убийц отправился на год в колонию строгого режима. Второго, правда, суд пожалел — у него трое несовершеннолетних детей. Приговорили к году исправительных работ, все это время он будет перечислять пять процентов месячного дохода государству.

Впрочем, пока реальные сроки для живодеров — скорее исключение, чем правило.

Анжелика Панченко, РИА Новости